Александр Розов (alex_rozoff) wrote in ru_transhuman,
Александр Розов
alex_rozoff
ru_transhuman

Феноменология технологической сингулярности

Согласно представлению, принятому в футурологии: технологическая сингулярность (ТС) - это взрывное ускорение научно-технического прогресса, после которого дальнейший путь развития цивилизации невозможно предсказать, опираясь на человеческую социальную психологию, политологию, историю и гуманитарные представления.

Обычно ТС связывают с некоторыми конкретными событиями, прогнозируемыми ориентировочно между 2020 и 2030 годом:


1- реализация полнофункционального искусственного интеллекта, экземпляры которого будут связаны через глобальную сеть в нечто наподобие «мыслящего интернета»
2 - появление эффективного интерфейса, непосредственно связывающего нервную систему человека с системой ввода-вывода информации компьютера (директ-интерфейс).
3 - создание самовоспроизводящих роботизированных устройств, способных к автоселекции (аналогу высокоскоростной направленной эволюции).
4 - конструирование синтетического живого (квазибиологического) организма
(примечание: иногда п.3 и 4. объединяют в один, т.к. они по существу очень сходны).

Основным прогнозируемым следствием ТС считают возникновение т.н. «постчеловека», т.е. полностью или частично синтетического существа, которое будет представлять вторую (наряду с человеком вида Homo sapiens) разумную расу в составе нашей цивилизации.

Не оспаривая данного прогноза, я хочу заметить, что привязка ТС к каким-либо конкретным событиям, на мой взгляд, не вполне верна методически. По своей сути ТС это не какие-то конкретные новые технологии, а общее состояние технологического ансамбля.
Поясню вкратце, почему это состояние можно называть сингулярностью. В математике сингулярностью называется особая точка, в которой некоторая функция не вполне определима по значению аргумента (например, функция или ее производная стремится к бесконечности).
Если представлять технологическую вооруженность цивилизации функцией времени, то точка сингулярности означает, что скорость технологического развития (интенсивность прогресса) при приближении к моменту ТС стремиться к бесконечности, а в момент ТС понятие «скорость технологического развития» теряет смысл.

Что это означает практически?

Прежде всего – утрату возможности определять наличный научно-технический потенциал традиционными средствами сбора и анализа информации. Изменения будут происходить слишком быстро, так что за время, необходимое для сбора и анализа данных, результат анализа уже станет неактуальным. Так сегодня обзор по компьютерам и средствам программирования за 1987 год уже можно считать музейным экспонатом, как, впрочем, и выпущенные в 1987 году модели компьютеров вместе с их программным обеспечением.
В окрестностях ТС этот процесс будет занимать уже не 20 лет, а 2 года. Новые разработки в области High tech будут устаревать раньше, чем можно успеть наладить их серийное производство (сейчас нечто подобное происходит с программным обеспечением).

Экономическая логика, однако, требует: show must be go on. Если классические гибкие автоматизированные производства и технологии сбыта окажутся слишком медлительны, то их функции придется объединить в общее целое с системами автоматизированного проектирования. Затем потребуется объединение всего получившегося с системами автоматизации прикладных научных исследований.

Функции человеческого персонала оказываются сведенными к обслуживанию единого машинного комплекса, некой НТР-машины. Эта машина выполняет следующие функции:
1. На одном входе она потребляет фундаментальную научную информацию и различные промышленные полуфабрикаты.
2. На другом входе она собирает информацию о заказах на новые, еще не произведенные и даже еще не спроектированные, а только прогнозируемые товары High Tech.
3. На одном выходе она выдает прогнозы будущих товаров на основании анализа будущих возможностей и потока спроса.
4. На другом выходе она рассылает потребителям готовые изделия.
5. Внутренней функцией такой машины является разработка и реализация собственной модификации, замена своих внутренних устаревших технологий новыми, созданными самой этой машиной.

Еще ближе к точке ТС ситуация обостряется, поскольку автоматизации и присоединению к единому комплексу подвергается также значительная часть фундаментальных научных исследований (с одной стороны) и значительная часть персональных потребительских систем формирования заказов.
Складывается ситуация, когда:
1 - единственной интеллектуальной функцией работников фундаментальной науки становится формулировка новы идей в самом общем виде.
2 – единственной функцией участия потребителя в выборе товаров становится формулировка своих пожеланий – также в самом общем виде.

Посмотрим теперь на общую картину человеческого общества.

Потребители – получают товары, которые для них выбирает и заказывает «машина желаний». Машина также объясняет им, как этими товарами пользоваться, поскольку иначе потребитель не успеет этому научиться до того, как товар морально устареет.

Техники, инженеры, рабочие – обслуживают отдельные узлы машин, о работе которых знают только по инструкции, которую сами машины сочли нужным им выдать. Им даже не известно, что именно и с какой целью они обслуживают.

Интеллектуалы фундаментальной сферы генерируют идеи и сообщают их машине, при этом не представляя, что с этими идеями произойдет дальше. Они получают оценку своей деятельности от машины, причем принцип этой оценки им неизвестен.

Бизнесмены - пользуясь советами одной машины, выбирают другую машину, которая перераспределяет их инвестиции между линиями третьих машин производящих четвертые машины… Разумеется, никто не мешает бизнесмену пользоваться своей собственной интуицией, но это в данном случае то же, что пользоваться гадальными картами: ведь функции всех этих машин ему просто не известны.

Политики и чиновники – выполняют ту же функцию, что инженеры и техники: обслуживают некоторые узлы машины, которая собирает налоги, распределяет бюджетные средства, организует координацию с другими машинами, находящимися в частной собственности. Сказать, что эти политики управляют государством, будет, по меньшей мере, странно.

Но и это еще только окрестности сингулярности. Собственно точка сингулярности достигается, когда людям, для того, чтобы успеть за ходом событий, приходится использовать уже упоминавшиеся директ-интерфейсы. Это означает, что каждый социализированный хобитант постоянно подключен через свой персональный компьютер к интеллектуальному интернету, откуда постоянно передает и получает сообщения. Кроме того, он постоянно получает рекомендации самого разного рода. Он может не следовать этим рекомендациям – но вероятность, что он сам примет более удачное решение, чем компьютер, очень низка.
Как будет выглядеть психология такого человека, я не в состоянии описать, мне просто не с чем сравнивать. Аналогии вроде муравейника здесь не годятся, аналогии вроде суперкомпьютера с периферией из миллиардов людей – тоже не годится.
Пожалуй, ближе всего аналогия с большим роем мошек или с полем планктона – и то и другое представляет собой децентрализованную сеть с частично детерминированным поведением автономных однородных единиц, каждая из которых преследует собственные интересы, но при этом в силу общего потока информации, включена в глобальную картину общего регулярного поведения.

Особо стоит вопрос о том, как будет отличаться «информационно-психологический климат» внеземных колоний, которые по прогнозам, появятся почти одновременно с достижением точки технической сингулярности. Этот вопрос крайне интересен, но весьма объемен и требует отдельного доклада. Не менее интересен вопрос о семейной и сексуальной жизни в окрестностях точки сингулярности, но этот своеобразный и бесспорно эпатирующий вопрос я тоже оставлю для отдельного доклада.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments